Средства выразительности в задании 26 ЕГЭ по русскому: гид для подготовки на 100 баллов

** изображение создано или обработано с помощью ИИ.

Почему задание 26 считается «дорогим» и как перестать терять на нём баллы

Задание №26 традиционно называют «дорогим» из-за его веса в итоговой таблице баллов. За правильное выполнение этого номера начисляется до 2 первичных баллов (согласно актуальным критериям ФИПИ, при одной-двух ошибках выставляется 1 балл, при большем количестве промахов — 0 баллов). Один первичный балл здесь складывается из умения видеть, как работает языковое средство в конкретном фрагменте текста.

Если просто вызубрить определения, на экзамене легко попасть в ловушку: термин кажется знакомым, а его синтаксическая или лексическая функция в тексте оказывается совершенно иной. Ниже представлен детальный разбор структуры этого номера и объяснено, почему навык стилистического анализа текста здесь важнее механического запоминания.

Структура задания: что находится в тексте рецензии и списке терминов

Перед выпускником находится фрагмент литературоведческой рецензии к исходному тексту. В тексте рецензии пропущено четыре элемента, которые традиционно обозначаются буквами А, Б, В, Г (пропуск «Д» в задании №26 отсутствует, структура включает строго 4 пропущенные позиции).

Это содержательный анализ текста, в места пропусков которого необходимо вставить подходящие цифровые коды терминов. Ниже рецензии расположен список из девяти понятий — задача экзаменуемого выбрать четыре термина, которые точно соответствуют пропущенным местам.

Пять терминов из списка останутся невостребованными (дистракторы). Это ловушка для тех, кто пытается подходить к заданию интуитивно по принципу «лишь бы красиво звучало». При переносе ответов в бланк №1 критически важна последовательность цифр. Перепутаны местами, например, «метафора» и «эпитет» — баллы будут потеряны, даже если оба верных терминов присутствуют в комбинации.

Важный тактический нюанс: задание часто требует обращаться к исходному тексту, так как подсказки в рецензии сопровождаются номерами предложений («в предложениях 12–15») или примерами в скобках. Работа ведётся в тесной связке микротекста рецензии и макротекста оригинала.

Почему зубрёжка терминов не работает: ловушки ФИПИ

Главная проблема заучивания — контекстуальная многофункциональность языковых средств. Одно и то же слово в разных текстовых условиях может выполнять роль совершенно разных средств выразительности.

Например, слово «золотой» в словосочетании «золотая осень» — это метафора, основанная на скрытом сходстве цвета и ценности, а в сочетании «золотые руки» — это уже эпитет (образное определение). Экзаменаторы рассчитывают, что выпускник не просто опознает лексему, а проанализирует её синтаксическую роль и семантическую связь с соседними элементами в предложении.

Ещё одна ловушка ФИПИ — жесткое разграничение лексического повтора, форм одного слова и однокоренных слов (данные средства часто путают, из-за чего теряются баллы). Лексический повтор — это абсолютное повторение одного и того же слова в идентичной морфологической форме (например, «тихо, всё вокруг было очень тихо»). Формы слова меняют только флексию (окончание), падеж, род или число, оставляя лексическое значение нетронутым («тишина» — «тишиной»).

А однокоренные слова — это абсолютно разные лексемы с общим корнем, создающие новый смысловой оттенок («тишина» — «тишь», «тихий»). Здесь помогает методика группировки терминов: в самой рецензии составители часто дают прямые подсказки, указывая категорию средства («лексическое средство», «приём», «троп» или «синтаксическое средство»). Это сужает круг поиска до двух-трёх реальных кандидатов, делая выбор осознанным.

Какие тропы и лексические средства точно встретятся в КИМ

** изображение создано или обработано с помощью ИИ.

Под тропами понимаются слова и обороты речи, применённые в переносном смысле для формирования художественной образности текста. Как раз внутри данной категории средств выразительности в задании №26 возникает наибольшее число промахов из-за размытых границ между понятиями.

Эпитет, метафора, олицетворение: как отличить и не ошибиться

Эпитет — это образное определение художественного характера, несущее эмоционально-оценочную нагрузку. В тексте КИМ эпитет практически всегда выделяется курсивом и выступает в роли определения (отвечает на вопрос какой?), реже — обстоятельства («грустно поёт»). Сочетание «деревянный стол» — логический факт (относительное прилагательное), а «равнодушный стол» или «хрустальный голос» — эпитеты, поскольку переносят эмоциональный признак на объект.

Метафора — это скрытое сравнение, при котором свойства одного предмета или явления переносятся на другой по сходству, но без сравнительных союзов (как, словно, будто, точно). Есенинская строка «костёр рябины красной» не просто указывает на подобие, а прямо отождествляет рябину с костром. В тексте метафора всегда синтаксически выступает в роли главного или второстепенного члена предложения (чаще всего существительного или глагола: «закат пылает»), в отличие от эпитета-прилагательного.

Олицетворение представляет собой частный вид метафоры, при котором свойства живого существа (чаще всего человека) переносятся на неодушевлённые предметы, явления природы или абстрактные понятия. Фразы «ветер уснул», «море смеялось» — классические примеры, где неживые объекты наделяются человеческими действиями или эмоциями.

Алгоритм разграничения прост: если средство является образным определением (прилагательным/причастием) — это эпитет. Если перенос свойств построен на скрытом уподоблении и выражен существительным или глаголом — это метафора. Если неживой объект буквально совершает человеческое действие (глагол) — это олицетворение.

Метонимия и синекдоха: редкие, но коварные гости

Эти тропы часто ошибочно принимаются экзаменуемыми за метафору, однако механизм их создания принципиально иной.

Метонимия — это перенос названия с одного предмета на другой на основании их реальной смежности (логической, пространственной или временной связи). Объекты здесь не сравниваются по сходству, а замещают друг друга по принципу буквальной взаимосвязи. Пример: «я три тарелки съел» (перенос названия содержимого на сосуд) или «читал Пушкина» (замена произведений именем их автора).

Синекдоха — это вид метонимии, в основе которого лежит перенос по количественному признаку: замена целого его частью либо части целым. Хрестоматийный пример из русской классики: «И слышно было до рассвета, как ликовал француз…». Ясно, что имеется в виду не один представитель французской нации, а вся армия. Использование единственного числа взамен множественного выступает базовым маркером синекдохи. К синекдохе относится и употребление детали вместо целого объекта: «Эй, борода, а как проехать к городу?».

Чтобы не допустить ошибки в задании №26, важно помнить: если образ строится на количественных отношениях или на объективной связи предметов в реальности — это не метафора, а метонимия или синекдоха.

Слова ограниченной сферы употребления и устойчивые выражения

Лексические средства выразительности закрепляют стилистический статус слова и его соотнесённость с той или иной эпохой, или социальной средой. Устаревшая лексика (архаизмы и историзмы), к примеру «очи», «чело», «кафтан», используется писателями для воссоздания духа эпохи либо для придания тексту возвышенного звучания.

Напротив, просторечные, разговорные и диалектные слова («ихний», «втюрился», «орать» в значении кричать) мгновенно снижают стилистический регистр текста, делая речь персонажей экспрессивной и живой.

Особое внимание в КИМ ФИПИ уделяется контекстным синонимам и контекстным антонимам. Эти слова сближаются или противопоставляются по смыслу исключительно в рамках конкретного речевого контекста. Вне текста лексемы «робкий» и «бесцветный» синонимами не являются. Но если автор описывает персонажа, чей характер полностью нивелирует его индивидуальность, эти определения начинают работать в синонимической паре. Смысловую связь таких средств необходимо искать строго внутри указанного в рецензии предложения.

Финальная лексическая группа — фразеологизмы, представляющие собой устойчивые, неделимые сочетания слов с фиксированным значением («спустя рукава», «зарубить на носу», «кот наплакал»). Автор не конструирует их в процессе письма, а воспроизводит из языковой памяти целиком.

Фразеологизм в тексте всегда выполняет роль единого члена предложения, придавая повествованию образность, народную мудрость или ироническую окраску. В рецензии фразеологизмы чаще всего приводятся полностью в скобках.

Синтаксические средства и фигуры речи: как не утонуть в многообразии

** изображение создано или обработано с помощью ИИ.

Когда перед глазами текст, лексический уровень — эпитеты, метафоры, синонимы — бросается в глаза первым. Но существует уровень глубже: то, как структурно построено само предложение. Синтаксические средства выразительности и стилистические приёмы управляют вниманием читателя, задают ритм и расставляют эмоциональные акценты. Их коварство в задании №26 заключается в том, что они часто маскируются под обычную структуру фразы.

Чтобы безошибочно квалифицировать их на экзамене, необходимо четко разграничивать понятия: синтаксис всегда связан с формальной структурой предложения (знаки препинания, типы предложений), а приёмы — с авторским способом организации текста (повторы, контрасты, инверсия).

Анафора, эпифора и синтаксический параллелизм: музыка повторов

Повторы на уровне структуры предложения создают его ритмический каркас. Методически важно помнить: анафора, эпифора и синтаксический параллелизм в классификации ФИПИ относятся к категории «приёмы», а не к синтаксическим средствам. При анализе рецензии ключевым ориентиром выступает положение повторяющейся конструкции в предложении.

Анафора представляет собой единоначатие — повтор отдельных слов или оборотов в начале каждого параллельного элемента (предложений, строк или абзацев). Пример: «Когда ты устал, когда ты потерял надежду, когда мир рушится — вспомни, кто ты». Повтор союза «когда» в начале придаточных частей усиливает эмоциональное давление.

Эпифора представляет собой зеркальный приём: одинаковые элементы повторяются в финале соседних языковых единиц: «Мне хотелось бы знать, отчего я титулярный советник? Почему именно титулярный советник?». Подобное завершение фразы выделяет главный концепт.

Синтаксический параллелизм — это тождественное или сходное построение соседних предложений или частей фразы. Он не обязательно дублирует конкретные слова, но унифицирует их грамматическую и синтаксическую схему: «Летит время — летят мысли».

Если два соседних предложения можно наложить друг на друга как грамматический трафарет (подлежащее + сказуемое / подлежащее + сказуемое), перед нами синтаксический параллелизм. В публицистических текстах ЕГЭ этот приём выступает сильным инструментом логического убеждения, а в художественной прозе — основой ритмической композиции.

Риторический вопрос, восклицание и обращение: диалог с читателем

Данные конструкции имитируют живое речевое общение. Их главная особенность — они не предполагают получения фактической информации в ответ. В классификации заданий №26 риторические вопросы, восклицания и обращения относятся к категории «синтаксические средства», поскольку они напрямую меняют интонационный и пунктуационный контур предложения.

Риторический вопрос — это скрытое утверждение или отрицание, облёчённое в вопросительную форму. Вопрос «Разве можно забыть родной дом?» по сути означает категорическое суждение «Нельзя забыть родной дом». Он вовлекает читателя в совместное размышление, заставляя его самостоятельно прийти к очевидному для автора выводу.

Риторическое восклицание выступает в качестве синтаксического маркера пикового эмоционального напряжения. Конструкция «Что за комиссия, создатель, быть взрослой дочери отцом!» не содержит вопроса, это экспрессивный всплеск чувства, оформленный восклицательным знаком. Оно передаёт в тексте восторг, ужас или негодование.

Риторическое обращение всегда направлено к неодушевлённому предмету, явлению природы или отсутствующему лицу: «Тихая моя родина!». Автор вступает в условный диалог с абстрактным понятием, одушевляя его и выводя читателя в пространство личных переживаний.

Парцелляция, градация и антитеза: игра с логикой и ритмом

Эти конструкции разрушают монотонность классического повествования. Они намеренно дробят, нанизывают и сталкивают смысловые понятия. По кодификатору ФИПИ парцелляция, градация и антитеза строго классифицируются как «приёмы». На экзамене это знание позволяет мгновенно исключить дистракторы, если в рецензии требуется найти именно синтаксическое средство.

Парцелляция — это намеренное расчленение связного текста на несколько изолированных пунктуационных предложений с целью усиления экспрессии. Пример: «Это был умный человек. Порядочный. С принципами». Если сравнить это со слитным вариантом («Это был умный, порядочный человек с принципами»), становится очевидно, что парцелляция искусственно ставит после каждого определения психологическую паузу, превращая зависимые члены предложения в самостоятельные смысловые высказывания.

Градация и антитеза управляют логическими и семантическими связями между понятиями. Градация представляет собой такое расположение слов (обычно синонимов или однородных членов), при котором каждое последующее содержит усиливающееся (восходящая: «шептать → говорить → кричать → орать») или уменьшающееся (нисходящая) значение. Антитеза строится на резком, полярном контрасте образов или понятий: «Ты богат, я очень беден».

Столкновение антонимов внутри параллельных синтаксических конструкций подчеркивает несовместимость явлений, а сочинительные союзы А и НО часто выступают формальными маркерами антитезы.

Как звучит текст: зачем нужны фонетические средства выразительности

** изображение создано или обработано с помощью ИИ.

Текстовое полотно обладает не только семантическим, но и звуковым измерением. Автор управляет восприятием читателя через фонетические средства выразительности (звукопись). В задании №26 они встречаются реже остальных групп, но всегда легко опознаются, так как примеры к ним в рецензии иллюстрируются повторением конкретных букв в составе слов.

Аллитерация и ассонанс: согласные против гласных

В художественном тексте звуки выполняют колористическую роль, создавая нужную эмоциональную атмосферу. Аллитерацией называют сознательное повторение сходных или тождественных согласных звуков в стихотворном или прозаическом фрагменте. Это придаёт высказыванию чеканность, резкость либо воспроизводит природные шумы.

В строке В. В. Маяковского: «Грохочет эхо по горам, грозою гремя» — навязчивый повтор сонорного звука [р] и взрывного [г] физически воспроизводит раскаты грома, заставляя читателя слышать вибрацию грозы на слуховом уровне.

Противоположный фонетический инструмент — ассонанс, представляющий собой повторение идентичных или близких гласных звуков. Тягучие, открытые гласные придают высказыванию напевность, плавность и внутренний лиризм. В строке М. И. Цветаевой: «Моим стихам, как драгоценным винам, настанет свой черёд» протяжные звуки [а] и [и] создают эффект замедления времени, делают фразу легкой, протяжной и торжественной.

В задании №26 фонетические средства требуют от выпускника умения чётко дифференцировать жесткую согласную аллитерацию от мягкого гласного ассонанса.

Звукоподражание как частный случай фонетики

Этот приём опознать на экзамене проще всего. Звукоподражание (ономатопея) в классификации ФИПИ выступает как частный случай фонетических средств выразительности (звукописи). Оно не просто создаёт абстрактное настроение, а имитирует реальные акустические шумы окружающего мира через речевую артикуляцию.

Слова «бах», «капать», «чирикать» или знаменитая строфа К. Д. Бальмонта «Чуть слышно, бесшумно шуршат камыши» (где наслоение звуков [ш] и [ч] воспроизводит шелест растений) напрямую связывают семантику с физическим звуковым явлением.

Приём кажется простым, но в художественном тексте он работает на максимальную достоверность изображаемого мира. Когда в КИМ в качестве подсказки к заданию №26 приводится цитата с явным акцентом на шуршащие, свистящие или грохочущие звуки, пространство текста перестаёт быть немым.

Оно начинает скрипеть, звенеть и дышать. Это прямое доказательство того, что фонетические средства выразительности работают через артикуляционную физику, дополняя лексический смысл прямым сенсорным опытом читателя.

Удобный алгоритм выполнения задания № 26 за 3 минуты

** изображение создано или обработано с помощью ИИ.

Шаг 1: Чтение рецензии и определение «маркеров» в тексте

С открытием задания перед выпускником оказывается фрагмент искусствоведческой или литературной рецензии с пропусками. Стратегическая ошибка — сразу сопоставлять фрагменты со всем списком терминов. Первая задача — отыскать слова-подсказки (категориальные маркеры), которые авторы КИМ намеренно оставили прямо в формулировках рецензии.

Требуется обращать пристальное внимание на опорные обороты вида: «такой троп, как…», «лексическое средство выразительности…», «это синтаксическое средство передаёт…» или «использован такой приём, как…». Они мгновенно сужают круг поиска до конкретной лингвистической группы.

Например, если в тексте рецензии перед пропуском (А) стоят слова «перенос свойств с одного предмета на другой (троп)…», в правой колонке терминов экзаменуемый должен искать только метафору или олицетворение, автоматически отсекая парцелляцию, инверсию или анафору.

Цель первого этапа — соотнести каждый пропуск под буквами А, Б, В, Г с конкретным типом языкового средства. Читается контекст вокруг пропуска, анализируются примеры в скобках, и задаётся вопрос: какова лингвистическая природа этого явления? Создаёт переносный образ? Значит, это троп. Изменяет пунктуационный контур предложения? Синтаксическое средство. Такой первичный категориальный анализ рецензии даёт точные попадания уже на первом этапе работы с КИМ.

Шаг 2: Классификация средства по группе

На этом этапе активно задействуется аналитическая методика отсечения дистракторов. В настоящем варианте ЕГЭ предлагается фиксированный перечень из 9 терминов, причём верными окажутся лишь 4.

Чтобы избежать путаницы в множестве понятий, все 9 терминов из правой колонки мысленно или прямо на черновике распределяются по четырём строгим функциональным группам:

1. Тропы: метафора, эпитет, олицетворение, метонимия, синекдоха, гипербола, литота, сравнение.
   
2. Лексические средства: синонимы, антонимы, разговорная лексика, фразеологизмы, книжные слова.
   
3. Синтаксические средства: риторический вопрос/восклицание/обращение, вводные слова, однородные члены, неполные предложения.
   
4. Приёмы: анафора, эпифора, синтаксический параллелизм, антитеза, градация, инверсия, парцелляция, лексический повтор.

Если в скобках к рецензии замечен вопросительный знак, следует обратиться строго к синтаксической группе терминов и выбрать риторический вопрос. Если в примере найдены архаизмы «очи» или «чело», открывается лексическая группа и фиксируется устаревшая лексика.

Данный метод действует безотказно, так как исключает категориальное смешение. Эпитет (троп) более не будет перепутан с оценочной лексикой (лексическое средство), а парцелляция (приём) — с бессоюзием (синтаксическое средство).

Оставшиеся единичные пропуски закрываются детальным сопоставлением определений с конкретным текстовым примером в скобках.

Шаг 3: Проверка «незадействованных» терминов и запись ответ

После того как четыре цифры распределены по буквам А, Б, В, Г, в списке остаются пять неиспользованных терминов-дистракторов. Их назначение — служить верификационной страховкой от ошибки.

Следует быстро просмотреть их и удостовериться, что они объективно не подходят ни под одно текстовое описание из левого столбца рецензии. Если какой-либо из оставшихся терминов вдруг идеально совпадает с уже заполненным пропуском, выбор в этой позиции требуется перепроверить заново.

Завершающий и наиболее ответственный шаг — техническое заполнение бланка ответов №1. В задании №26 буквенные обозначения переводить в слова не нужно: в поле ответа вносятся исключительно цифры.

Последовательность должна быть строго скоординирована: в первую клетку бланка ставится цифра, соответствующая букве А, во вторую — Б, в третью — В, в четвёртую — Г. Пробелы, запятые, буквы или лишние знаки препинания внутри поля ответа не допускаются.

Средства выразительности на стыке уровней: скрытая угроза задания 26

** изображение создано или обработано с помощью ИИ.

Часто в процессе подготовки можно услышать мнение, что задание №26 проверяет исключительно художественные украшательства — эпитеты, метафоры и сравнения. Однако составители закладывают в этот номер проверку понимания жесткого морфологического и грамматического каркаса языка.

Неумение разграничивать лексический повтор, формы одного и того же слова и личные местоимения приводит к потере баллов не только в задании №26, но также в №25 и в критериях связности развёрнутого сочинения.

Личное местоимение и лексический повтор: как не спутать с формами слова

Рассматривается цепочка предложений: «В комнату вошёл человек. Человек был высок. Я сразу заметил его фигуру». Здесь наглядно проявляется внутренняя механика применения средств выразительности, которые на экзамене зачастую путают.

Лексический повтор относится к категории стилистических приёмов и требует абсолютного воспроизведения одного и того же слова в идентичной морфологической форме («человек — человек»). Это сильный экспрессивный инструмент нагнетания мысли. Формы слова представляют собой изменение исключительно флексии (окончания) в рамках падежной или числовой парадигмы («человек — человеку — люди») — это грамматическое средство выразительности. Однокоренные слова имеют идентичный корень, но разные словообразовательные аффиксы («человек — человечный») — это лексический уровень.

Личное местоимение («человек — его») синтаксически не называет предмет или лицо, а лишь указывает на него, соотносясь с ранее упомянутым существительным. В формулировках задания №26 использование личного местоимения в примерах часто ошибочно принимается выпускниками за лексический повтор, поскольку семантически речь идет об одном и том же объекте. Однако лексический повтор требует буквального дублирования лексемы. Личное местоимение — это самостоятельное средство выразительности, разгружающее текст от тавтологии.

Грамматическая омонимия как камень преткновения

Внутри списка терминов задания №26 кроется глубокая синтаксическая ловушка, связанная с межчастеречной омонимией слов. Например, лексема «что». В предложении «Я знаю, что тебе грустно» она выступает в роли подчинительного союза и служит исключительно для синтаксической связи частей сложной фразы.

В предложении «Что тебя тревожит?» это же слово является вопросительным местоимением и выполняет роль самостоятельного члена предложения (подлежащего). Графический облик слов совпадает, но их функциональная природа противоположна.

Такое языковое явление называется грамматической омонимией. Совпадающие по написанию слова принадлежат к полярным частям речи. В КИМ ЕГЭ составители любят сталкивать в списке терминов союзы, частицы и местоимения (например, слово «как» может функционировать в роли сравнительного союза, частицы или наречия).

Если при анализе рецензии выпускник путает союз с местоимением, он неверно определяет синтаксическую природу средства выразительности. Главный критерий разграничения — смысловой вопрос: если к слову невозможно задать вопрос и оно выполняет лишь служебную функцию присоединения — перед нами союз.

Если слово указывает на признак или предмет — это местоимение. Данный аналитический навык необходимо довести до автоматизма, чтобы термины в бланке КИМ не сливались в хаотичный массив.

Часто задаваемые вопросы

Чем отличается задание 26 от задания 25 в ЕГЭ по русскому языку?

Задание №25 проверяет умение находить в тексте предложения, связанные с предыдущим с помощью конкретных морфологических и лексических средств (например, личного местоимения или лексического повтора). Задание №26 представляет собой заполнение четырех пропусков (А, Б, В, Г) в тексте готовой литературоведческой рецензии терминами из предложенного списка из 9 позиций.

Как быстро отличить эпитет от метафоры в задании 26?

Эпитет — это образное, красочное определение, синтаксически выраженное прилагательным или причастием (в КИМ почти всегда выделяется курсивом: серебряный иней). Метафора — это скрытое сравнение, построенное на переносе свойств по сходству, синтаксически выраженное существительным или глаголом («пылает закат», «костер рябины»). Если средство отвечает на вопрос какой? — это эпитет, если выражает действие или объект — метафора.

Что такое синтаксический параллелизм и как его найти в тексте?

Синтаксический параллелизм — это тождественное или сходное грамматическое построение соседних предложений или частей фразы. Для его обнаружения необходимо сопоставить структуры предложений: «Он любил читать книги. Она любила слушать музыку». Обе конструкции построены по идентичной схеме: подлежащее + сказуемое + дополнение. В задании №26 синтаксический параллелизм строго классифицируется как приём.

Можно ли подготовиться к заданию 26 за неделю?

Да, если опираться на метод категориальной группировки терминов. Необходимо выучить четкое разделение всех 30 базовых понятий на 4 макрогруппы (тропы, лексика, синтаксис, приёмы), научиться мгновенно распознавать их по формулировкам-маркерам внутри текста рецензии и закрепить навык на практических заданиях из Открытого банка ФИПИ.

В чём разница между анафорой и эпифорой?

Анафора — это стилистический приём, заключающийся в повторении отдельных слов или оборотов в начале смежных предложений, строк или абзацев (единоначатие). Эпифора — это зеркальный приём, представляющий собой повторение элементов строго в конце смежных языковых единиц. Анафора ритмически организует начало мысли, а эпифора акцентирует внимание на её финальном завершении.

Разобраться в средствах выразительности и уверенно выполнять задание 26 помогает системная подготовка. В онлайн-школе ЕГЭLAND разбирают тропы, лексические и синтаксические средства, учат работать с рецензией и тренируют типичные ловушки ФИПИ. Преподаватели помогают выстроить подготовку и довести навык до автоматизма.